Дьявол моего рода. 1 том - Дарья Романовна Лакеева

— Всё верно, генерал, и прошу принять сей факт с должной ответственностью. Этот союз принесёт выгоду обеим расам, надеюсь, вы не будете оспаривать решение вашей принцессы?

— Да, всё понятно, никак нет, ваше решение — закон для меня. Разрешите идти?

— Идите, генерал. — Сказала Ева и, взяв в руки гребень, стала расчёсывать свои волосы.

***

— Вздорная малолетняя дура! Вот так, одним движением, бездумно разрушить устои, которые ковались веками. — Шипел себе под нос генерал, шагая по коридору.

— Совершенно с вами согласен. — Послышалось из глубины тёмного коридора. На свет медленно вышел Велл. — Разве может быть союз между волком и овцой? — Он театрально возвёл глаза к небу. — То же самое я пытался донести до принцессы, но она осталась непреклонна. Представьте, генерал, что будет с расой воинов, если этот договор вступит в силу? Позор и унижение, целители начнут диктовать вам свои условия, разве к этому вы шли все эти долгие годы, генерал?

— Совершенно нет. Может, у вас есть какие-то предложения по этому поводу? — Заинтересовался Кэрролл.

— Возможно, — целитель сложил пальцы на груди. — Скорее всего, девочка просто не в себе…быть может, она чересчур заигралась своей властью?! А может, она просто проявляет слабость? Тем не менее, разве это настоящее лицо правителя безжалостных и суровых воинов? Может быть, настало время взять власть в руки сильному, волевому и решительному человеку. Что вы думаете, генерал?

— Допустим, — Прищурился Кэрролл, догадываясь, куда клонит его собеседник, — но какая выгода от этого вам, регенту целителей?

— Что вы, что вы, генерал, какая выгода? Я просто прекрасно осознаю абсурдность происходящего. Данный союз может нарушить баланс и ввергнуть в хаос этот хрупкий мир. Я лишь пытаюсь не допустить этого и оставить всё так, как сложилось веками. Но в данной ситуации я мало чем могу повлиять на ход событий, мой зарвавшийся племянничек возомнил себя великим правителем. Я понимаю, что целители не чета могуществу беллаторцев и в итоге всё может стать гораздо хуже для моей расы. Поэтому, надо пресечь данный союз в зародыше, и кто-то отважный и решительный должен повести за собой расу Беллатор, а не эта вздорная и вспыльчивая девчонка.

— Я услышал ваши слова. — Ответил генерал и удалился.

***

Кэрролл начал плести интриги за спиной Евы. В армии нашлось много сторонников его идеи, которые слепо поверили своему генералу и последовали за ним. Противники и несогласные жёстко преследовались, любые попытки донести информацию до Евы нещадно пресекались. В армии прокатилась волна зачисток.

Ранним утром войска Кэрролла вышли на опушку леса под стены дворца.

— УУУХ, УУУХ… — Чеканила шаг пехота под боевой бой барабанов и рёв горнов. Знамёна взметнулись в небо, выравнивая боевые порядки. Начищенные до блеска доспехи воинов переливались на солнце, контрастируя с грубой шкурой и мехом. Лошади нервно пряли ушами и раздували ноздри в предвкушении кровавой жатвы. Лучники занимали боевые позиции.

Юджин с волнением наблюдал за боевым построением неприятеля с крепостной стены. Это был его первый настоящий бой. Он раз за разом прокручивал в голове наставления Эдварда про тактику и стратегию ведения боя, сильные и слабые стороны всевозможных боевых порядков. Он прекрасно осознавал, что в прямом столкновении со слаженной, хорошо вооружённой и обученной армией у него нет никаких шансов, но сегодня они воевали на его территории, это внушало ему уверенность, и эту уверенность надо было как-то передать его людям. Незадолго до этого к нему пробрался Дензелрон и доложил обстановку о готовившемся наступлении, что дало Юджину время подготовиться к встрече неприятеля.

— Бойцы! — Дрожащим от волнения голосом прокричал Юджин, пытаясь заглушить гул роптания поникших духом соплеменников. — Я понимаю, что вам страшно! Вам кажется, что у нас нет никаких шансов на победу. — С каждым словом он обретал уверенность и его голос креп. — Но уже то, что вы откликнулись на мой зов, говорит о вашей решимости и силе духа! Это говорит о том, что нет больше сил терпеть унижения и тиранию беллаторцев! Это говорит, что чаша терпения полна! Хватит быть агнцами на заклании! Хватит просыпаться в страхе за свою жизнь, за жизнь своих близких, любимых! Хватит роптать и молиться, чтобы ему достался милостивый хозяин! Пора самим становиться хозяевами своей судьбы! — По толпе пронёсся неуверенный гул и выкрики одобрения. — Сколько ваших родных и близких было съедено, растерзано просто в угоду прихоти жестокого хозяина?! Целители прекрасно могут обходиться без хозяев, а могут ли хозяева обойтись без целителей?!

— НЕЕЕТ!!! — Во всё горло взревела толпа.

— Гляньте за стены, их не так уж и много пришло на эту битву. Это говорит о том, что не все воины поддерживают и одобряют эту кровавую, бесчеловечную, сложившуюся веками традицию! Они надеются на лёгкую победу, но это наша земля! Это наша жизнь и наши судьбы! И мы сделаем всё возможное, и даже невозможное, чтобы отныне и впредь самим распоряжаться своей судьбой!

— ДААА!!! — В едином порыве громогласно пронеслось над войсками.

— Так бейтесь же, как в последний раз! Сражайтесь за свою свободу, за своё будущее! И не сметь сдаваться! Лучше умереть свободным в неравном бою, чем жить подобно скоту в ожидании своего часа или милости господина!

— ЗА ПРИНЦА!!! ЗА НАШЕГО БУДУЩЕГО КОРОЛЯ!!! ЗА НАШУ СВОБОДУ!!!

Генерал Кэрролл не рассчитывал на сильное сопротивление необученного войска и решил смести противника одним коротким и жестоким ударом. В небо взметнулись тучи стрел и в ту же секунду с диким рёвом пехота беллаторцев ринулась на первую линию обороны противника. Гвариторцы встретили стрелы, поставив магические щиты. Пехота Беллатор на полном ходу врезалась в линию обороны, яростно орудуя двуручными мечами. Магический барьер дрогнул под натиском, и начал прогибаться. Воины наносили удар за ударом, медленно, но, верно, продавливая магическую защиту целителей. То здесь, то там магические щиты вспыхивали яркими снопами искр и лопались с треском, но на месте павшего возникал новый целитель и ставил очередной щит. Средняя линия обороны магов шаг за шагом продолжала отступать, образуя своеобразный узкий коридор. Увлечённые боем воины ринулись в этот коридор, но были жёстко